» » Перемирие с германским блоком (История Дипломатии)

Перемирие с германским блоком (История Дипломатии)Переговоры с Германией о перемирии начались в Брест-Литовске 3 декабря (20 ноября) 1917 г. На первом заседании представитель советской делегации предложил положить в основу переговоров советский декрет о мире от 8 ноября (26 октября) 1917 г. Представитель Германии генерал Гофман заявил, что не уполномочен вести переговоры о целях войны: его как военного человека интересует только военная сторона перемирия. Гофман при этом отметил, что речь может итти только о сепаратном перемирии, ибо русская делегация не имеет полномочий на ведение переговоров от имени Англии и Франции.


На следующем заседании, 4 декабря (21 ноября), советская делегация изложила свои условия: перемирие заключается на 6 месяцев; военные действия приостанавливаются на всех фронтах; немцы очищают Моонзундские острова и Ригу; запрещаются какие бы то ни было переброски немецких войск па Западный фронт.


Советская делегация подчёркивала, что речь идёт о прекращении войны вообще, а не о сепаратном соглашении е немцами. Особенно настаивали советские делегаты на принятии пункта о запрещении перебрасывать германские войска: тем самым они ограждали интересы своих англо-французских союзников. Это взбесило генерала Гофмана. Он заявил запальчиво, что такие условия могут предлагать только победители. «Достаточно, однако, взглянуть на карту, чтобы судить, кто является побеждённой страной», — нагло добавил генерал и выдвинул контрпроект, закреплявший то положение, которое сложилось на фронте.


В ту же ночь советская, делегация получила приказ Совнаркома не подписывать перемирия, раз немцы отказываются принять пункт о перебросках. 5 декабря (22 ноября) советская делегация потребовала перерыва переговоров ввиду выявившихся разногласий. Немцы заволновались. Они опасались, что делегация более не вернётся. Создана была военная комиссия, которая предложила временное соглашение: перемирие заключается на 10 дней, с 7 по 17 декабря; войска сохраняют занятые ими позиции. По основному вопросу о перебросках, вызвавшему разногласия, немцы уступили: было решено прекратить всякие перевозки, кроме начатых. Подписав соглашение о перемирии, советская делегация выехала в Петроград. Время перерыва советское правительство использовало для того, чтобы ещё раз предложить странам Антанты присоединиться к всеобщим мирным переговорам. 7 декабря (24 ноября) Наркоминдел снова обратился к союзным послам с нотой, требуя ответа, готовы ли они участвовать в мирных переговорах. В случае отказа Наркоминдел настаивал, чтобы правительства Англии, Франции, Японии и других стран открыто, ясно и определённо заявили, во имя каких целей они заставляют народы истекать кровью четвёртый год. Но Антанта продолжала безмолвствовать.


15 (2) декабря новый период переговоров закончился заключением перемирия на 28 дней. При этом в случае разрыва, обе стороны обязывались предупредить своего противника за 7 дней. Что касается перебросок на Западный фронт, то советская делегация добилась того, что перебросил?, начатые до перемирия, заканчиваются, но новые переброски не допускаются.


Советская делегация, оставленная с глазу на глаз с вооружённым до зубов германским империализмом, продолжала бороться за прекращение войны в целом и всячески старалась защитить интересы союзников старой России. «Русские, — писал Гофман, — придавали большое значение тому, чтобы расположенные па Восточном фронте немецкие войска оставались на своих местах и не были отправлены на Западный фронт».


Настойчивость советской делегации заставила германский блок пойти на уступки. Правда, Гофман оправдывал это тем, что большинство войск было переброшено до начала переговоров. «Поэтому я легко мог заверить русских в том, — писал Гофман, — что во время перемирия никакие войска не будут вновь отправлены на запад, кроме тех частей, которые уже туда отозваны».


Но это признание только характеризует цинизм германской военщины: советская делегация по мере сил выполняла свой долг.


Во время перемирия Совнарком неоднократно обращался к народам и правительствам стран Антанты, предлагая им определить своё отношение к вопросу о мирных переговорах. В обращении советского правительства «К трудящимся, угнетённым и обескровленным народам Европы» от 19 (6) декабря сообщалось о том, что в Брест-Литовске подписано перемирие, что Октябрьская революция в России открыла трудящимся всех стран путь к миру.


В своих нотах и призывах советское правительство предупреждало, что если союзники не примкнут к переговорам, оно вынуждено будет самостоятельно вести переговоры о мире с центральными державами.

 

 

Планы интервенции Антанты

 

Руководители Антанты не обращали ни малейшего внимания на лойяльность Советской страны. Пока Советская Россия, предоставленная самой себе, вела переговоры в Брест-Литовске, Антанта организовала свои силы для свержения советской власти.


30 ноября в Париже собралась новая межсоюзная конференция. Её участники обсуждали «русский вопрос»; после окончания конференции им продолжал заниматься Верховный совет, созданный в ноябре 1917 г. Военные эксперты разрабатывали различные планы военного вмешательства в советские дела.


Поощряя Духонина к борьбе против советской власти, агенты Антанты вели переговоры с польским корпусом генерала Довбор-Мусницкого, созданным в России из польских офицеров, кулаков и помещиков. Империалисты втягивали в антисоветскую борьбу и чехословацкий корпус. Он был создан из военнопленных чехов и словаков, взятых русскими в боях против австро-венгерских армий или добровольно перешедших на сторону России. Кроме того, Антанта решила поддержать Украинскую Центральную раду, выступавшую против советской власти. В декабре 1917 г. Франция назначила генерала Табуи своим официальным представителем при Центральной раде. Через несколько дней в Киеве появился и английский представитель. Франция предложила Раде заём в 180 миллионов франков на борьбу с советской властью. Кстати, Центральная рада, тайком бравшая деньги от представителей Антанты, в то же время завязала тайные связи с Германией. Украинская рада продавалась тому, кто больше давал.


Одновременно представители Антанты прибыли в Ростов к атаману Каледину, поднявшему восстание против советской власти. Франция обещала Каледину заём в 100 миллионов рублей. Представители Англии в свою очередь предоставляли ему значительные суммы. Американский посол Фрэнсис пытался перебросить в Ростов 70 автомобилей из числа посланных в Петроград ещё в адрес Временного правительства. Авантюра Фрэнсиса провалилась: его агент, некий полковник Калашников, был арестован.


Через Каледина контрреволюция была связана с атаманом Дутовым, восставшим против советской власти на Южном Урале.


Особое внимание уделяла Франция Румынии. В городе Яссах находился штаб французского генерала Вертело. Главнокомандующим объединёнными русскими и румынскими армиями считался король Румынии Фердинанд, но фактически главнокомандующим был его помощник царский генерал Щербачёв. Его-то и решили французы поддержать в борьбе против советской власти.


Франция, резко выступавшая против переговоров России о мире с Германией, заняла другую позицию в Румынии: генералу Щербачёву разрешили начать мирные переговоры. Франция полагала, что лучше потерять часть своих позиций, позволить Щербачёву на одном фронте заключить мир, но зато выиграть в целом: развязать руки Щербачёву, чтобы сообща с Центральной радой свалить большевиков и тем самым втянуть всю Россию снова в войну, К тому же Румынию, потерпевшую поражение и начавшую уже тяготиться своим союзом с Антантой, можно было привязать к себе, пообещав ей Бессарабию. 3 декабря (20 ноября) 1917 г. генерал Щербачёв обратился к фельдмаршалу Макензену и эрцгерцогу Иосифу с предложением немедленно начать переговоры о перемирии.


Через два дня начались переговоры, которые закончились 9 декабря (26 ноября) в Фонтанах заключением перемирия между объединёнными русско-румынскими и германо-австрийскими войсками. Расчёты Франции оправдались: развязав себе руки перемирием, Щербачёв приступил к борьбе с большевистским влиянием в армии. В ночь на 18 (5) декабря он поручил войскам, верным Центральной раде, занять все штабы. Вслед за этим началось разоружение румынами тех частей, в которых сильно было влияние большевиков. Русские солдаты, оставшись без оружия, без продовольствия, вынуждены были в жестокий мороз, часто по глубокому снегу, пешком брести в Россию. Многие при этом погибли.


Румынские войска стали продвигаться в Бессарабию.


Поддержанные Францией, румыны потребовали отправки в Америку 70 миллионов рублей румынского золота, хранившегося в Москве. На самом же деле это золото предполагалось перебросить на юг, в руки Каледина или генералов Алексеева, Корнилова и Деникина, которые уже приступили в Ростове к формированию Добровольческой армии из офицеров и юнкеров.


Деятельность Франции на юге поддерживала Англия на севере. Агенты Англии связались с врагами советской власти в Мурманске, через который шло снабжение царской армии во время мировой войны. В Мурманске стояла небольшая эскадра союзников. В декабре прибыл английский крейсер «Ифигения», на борту которого находился командующий морскими силами адмирал Кемп. Один из мурманских контрреволюционеров, некий Веселаго, побывал в Петрограде, где наладил связь с английским морским агентом Кроми. Английская миссия стала вербовать бывших офицеров и направлять их в Мурманск. Туда же были посланы и небольшие группы чехословаков. В декабре 1917 г. в Мурманске появился некий А. М. Юрьев, троцкист, на деле агент английского империализма, выдвинутый на пост заместителя председателя Мурманского совета. Юрьев стал подготовлять почву для интервенции союзников. Один из видных деятелей белогвардейского движения на севере признал впоследствии, что французский посол Нуланс одобрил проект создания нового фронта на севере и даже написал об этом в Париж; впрочем, он заявил инициаторам, что «почин в этом деле должен принадлежать англичанам, так как Северный край в России — зона их влияния».


Послы превращались в легальных шпионов. Прикрываясь дипломатической неприкосновенностью, сотрудники иностранных представительств разъезжали по стране, служа посредниками между отдельными контрреволюционными группами.


Нетрудно видеть, что Антанта пыталась создать кольцо антисоветских военных соединений: польский корпус — в Велоруссии, чехословаки, Центральная рада — на Украине, Каледин — на Дону, Дутов — на Урале. Так началось прямое вмешательство Антанты во внутренние дела Советской страны. 23 декабря 1917 г. Англия и Франция заключили тайную конвенцию о разделе сфер действия, подписанную Клемансо, Пишоном и Фошем от Франции, лордом Мильнером, лордом Розертом Сесилем и представителем военного штаба от Англии. Согласно конвенции, в английскую зону входили Кавказ и казачьи территории рек Кубани, Дона, во французскую — Бессарабия, Украина, Крым.


Одновременно британский посол в Токио вёл переговоры с Японией. 27 декабря 1917 г. микадо выступил с речью в Парламенте, призывая к энергичному сотрудничеству с союзниками. Это было расценено в Англии как ответ на приглашение принять участие в интервенции на Дальнем Востоке. В результате тайных переговоров 12 января 1918 г. во Владивостокском порту появился японский крейсер «Ивами», а через день — английский крейсер «Суффолк».


Однако дальше этих первых шагов организаторы интервенции не пошли. США весьма подозрительно встретили выступление Японии, опасаясь закрепления её на Дальнем Востоке. У самой Антанты не было сколько-нибудь значительных боевых сил для организации серьёзной интервенции. В смертельной схватке с германским блоком Антанта не могла освободить руки для борьбы с советской властью. Оставалось одно: попытаться столкнуть Советскую Россию с Германией, чтобы немецкими руками свалить рабоче-крестьянскую власть.


В то время как антантовская дипломатия проявляла свою изобретательность в деле окружения молодой Советской республики, в Брест-Литовске разыгрывались драматические события. Они явились следствием перехода в наступление против Советской России дипломатии и военщины германского блока.

 

 

Советские условия мира

 

22 (9) декабря в 4 часа 24 минуты пополудни в офицерском собрании в Брест-Литовске начались переговоры о мире. Главнокомандующий Восточным фронтом принц Леопольд Баварский сухим, банальным приветствием открыл заседание мирной конференции, после чего покинул зал. Место председателя занял глава германской делегации министр иностранных дел фон Кюльман. За столом рядом с советской делегацией расположились: австро-венгерская делегация во главе с министром иностранных дел графом Черниным, болгарская, возглавляемая Поповым, и турецкая с председателем Талаат-беем.


Кюльман выразил пожелание, чтобы ход работ был «быстрым и успешным», и предложил установить порядок ведения переговоров: языком переговоров являются языки всех присутствующих держав, а также французский; председательствуют попеременно представители участвующих стран.


Первый холодок пробежал по залу, когда советская делегация потребовала, чтобы заседания были публичными и чтобы каждая сторона имела право полностью публиковать протоколы заседания. Наступило некоторое замешательство. Чувствовалось, что режиссёры не предусмотрели такого выступления. Турецкий представитель Ибрагим Хакки-паша невнятно выразил «свои сомнения». Никто не понял турецкого дипломата. Кюльман поспешил ему на выручку. «Я позволю себе вкратце передать замечание, которое его превосходительство Хакки-паша формулировал от имени турецкой делегации». Сомнения турецкого представителя состоят-де в том, что, не возражая против публичности, он боится газетной полемики, которая будет вызвана публикацией протоколов. Обрадованный поддержкой, турецкий делегат взял слово вторично и подтвердил, что «вынесение на улицу могло бы помешать, по его мнению, успешности переговоров...».


Этот небольшой эпизод показал советской делегации, каковы взаимоотношения в германском блоке. На конференции турецкие представители почти не выступали. Болгары не произнесли ни слова. Один раз только поднялся их представитель, чтобы присоединиться к предыдущему, конечно германскому, оратору. Австро-Венгрия плелась за Германией. Зажав рот своим союзникам, Германия властно выступала от их имени.


Сразу после инцидента слово было предоставлено советской делегации.


Исходя из общих принципов декрета о мире от 8 ноября (26 октября), советская делегация предложила принять за основу мирных переговоров следующую программу:

  • Не допускаются никакие насильственные присоединения захваченных во время войны территорий; войска, оккупирующие эти территории, выводятся оттуда в кратчайший срок.
  • Восстанавливается во всей полноте политическая самостоятельность тех народов, которые во время настоящей войны были этой самостоятельности лишены.
  • Национальным группам, «не пользовавшимся политической самостоятельностью до войны, гарантируется возможность свободно решить вопрос о своей принадлежности к тому или другому государству или о своей государственной самостоятельности путём референдума; этот референдум должен быть организован таким образом, чтобы была обеспечена полная свобода голосования для всего населения данной территории, не исключая эмигрантов и беженцев».
  • По отношению к территориям, населённым несколькими национальностями, право меньшинства ограждается специальными законами, обеспечивающими ему культурно-национальную самостоятель-ность и, при наличии фактической к тому возможности, административную автономию.
  • Ни одна из воюющих стран не обязана платить другим странам так называемых «военных издержек»; взысканные уже контрибуции подлежат возврату. Что касается возмещения убытков частных лиц, пострадавших от войны, таковое производится из особого фонда, образованного путём пропорциональных взносов всех воюющих стран.
  • Колониальные вопросы решаются при соблюдении принципов, изложенных в пунктах 1, 2, 3 и 4.

В дополнение к этим пунктам советская делегация предлагала признать недопустимыми какие-либо косвенные стеснения свободы более слабых наций со стороны наций более сильных, как-то: экономический бойкот, морскую блокаду, не имеющую в виду военных действий, хозяйственное подчинение страны при помощи навязанного торгового договора и т. д.

 

 

Источник:

История Дипломатии, Том Вторй стр. 312 - 318.

Под редакцией В. П. Потемкина

В составлении второго тома приняли участие: проф. Хвостов В. М. и проф. Минц И. И.

 

ОГИЗ

Государственное Издательство Политической Литературы

Москва - 1945 - Ленинград

 

при использовании материалов сайта, гиперссылка обязательна

скачать dle 10.1русский торрент трекер