» » Вашингтонская конференция и «договор девяти держав» (ноябрь 1921 г. — февраль 1922 г.) (История Дипломатии)

 Вашингтонская конференция и «договор девяти держав» (ноябрь 1921 г. — февраль 1922 г.) (История Дипломатии)США после мировой войны. 


Ни мир, подписанный в Версале, ни последующие договоры не принесли победителям успокоения. Выпадение огромной Советской страны из капиталистического мира и успешная борьба её за экономическую и политическую самостоятельность подрывали основы версальской системы. С другой стороны, и отказ США признать версальский передел мира значительно сократил сферу действия этой системы: ею охватывалась главным образом западная часть старого континента. Между тем передел мира, начатый войной 1914–1918 гг., нельзя было счесть законченным без урегулирования тихоокеанской проблемы. А здесь решающее слово оставалось за страной доллара.


Соединённые штаты Америки вышли из мировой войны могучей державой, которая выиграла от экономического истощения Европы. Из страны, бывшей до войны должником Европы, Америка стала мировым кредитором. Она предоставляла громадные военные займы многим державам Европы. К ноябрю 1922 г, общая задолженность иностранных правительств Соединённым штатам достигла с неоплаченными процентами 11,6 миллиарда долларов. Из них Великобритания задолжала 4,7 миллиарда долларов, Франция — 3,8 миллиарда. Италия — 1,9 миллиарда, Бельгия — около 0,5 миллиарда. Вместе с другими видами капиталовложений экономическая поддержка, оказанная США европейским странам, выразилась в сумме почти 20 миллиардов долларов; погашение этого огромного Долга хотя бы по 400 миллионов в год должно было растянуться на десятки лет. Таким образом, в результате войны крупнейшие страны Европы оказались данниками Соединённых штатов по крайней мере на два поколения.


За годы войны в небывалой степени выросла и промышленность США. В 1920 г. Соединённые штаты, имевшие всего 6 % мирового населения, сконцентрировали у себя 20 % мировой добычи золота, 50 % каменного угля, 60 % алюминия, 66 % нефти 60 % меди, 85 % мирового производства автомобилей и т. д. Из страны, импортирующей капитал, США превратились в государство, вывозящее его за границу.


Возросшая экономическая мощь США требовала расширения международно-политического влияния этой державы. Возникал вопрос о новом переделе мира в соответствии с распределением мирового богатства.

 


Англо-американское соперничество. 

 

После войны 1914–1918 гг. только два капиталистических государства оставались державами подлинно мирового значения. То были США и Англия. Другие страны, даже Франция, несмотря на свои колоссальные колонии, уже не могли претендовать на мировое господство. Соперничество между США и Англией стало одним из основных узлов империалистических противоречий. Ближайшим объектом этого соперничества являлись английские доминионы. США стали успешно конкурировать с Англией на рынках Канады, Австралии, Новой Зеландии. Обострились англо-американские противоречия и в государствах Южной и Центральной Америки — Аргентине, Бразилии, Уругвае. При помощи займов и сети своих банков США начали быстро вытеснять Великобританию и из этих стран. Финансовый и политический контроль США был установлен над целым рядом республик Латинской Америки — Перу, Боливией, Панамой, Сальвадором, Никарагуа, Гондурасом.


Англо-американское соперничество после войны обострилось и в Китае. Англия располагала в этой стране крупными базами в виде концессий, сеттльментов и железных дорог; она обладала рядом важных портов, осуществляла контроль над китайскими таможнями, создавала промышленные и банковские предприятия. Англия закрепляла свои позиции в Китае под лозунгом раздела страны на «сферы влияния». Сферой английского преобладания являлись главным образом район реки Ян-Цзы и Южный Китай. В противовес Англии Америка выдвигала лозунг «открытых дверей»: он давал возможность США силой неодолимого экономического давления вытеснять конкурентов и устанавливать в Китае своё руководящее влияние.


После войны интересы США и Англии сталкивались и в борьбе за хлопок, каучук, нефть и другие источники сырья и топлива.


Англо-американское соперничество отражалось в усиленном строительстве флота в обоих государствах. В 1916 г. Америка приняла громадную программу военного судостроения; к 1924 г. её военный флот должен был стать самым крупным в мире.


Как и все противоречия, англо-американское соперничество развивалось отнюдь не прямолинейно. Возникали обстоятельства требовавшие временного сотрудничества обеих стран: в свою очередь оно сменялось новым обострением противоречий.


Временного сотрудничества требовали прежде всего интересы американской мировой торговли. В своей экспансии во все страны мира американский капитал после войны нуждался в услугах посреднического аппарата лондонских банков и их отделений за границей, пока сам не создал своих опорных пунктов. Временно совпадали интересы Англии и США и в том, чтобы не допустить усиления гегемонии Франции в Европе и, ещё более, не дать Японии утвердить своё господство на Дальнем Востоке.

 

Японо-американские противоречия. 

 

В XX веке особенно обострились противоречия США и Японии. За время войны, отвлекшей внимание крупнейших держав от тихоокеанской проблемы, Япония сильно укрепила свои позиции на Дальнем Востоке. Достаточно вспомнить 21 требование, предъявленные японским правительством Китаю, которые фактически превращали эту страну в японскую колонию. По Версальскому миру к Японии отошли бывшие германские владения в Китае — порт Циндао, Шаньдунский полуостров. В частности передача Шаньдуна Японии была, как известно, одной из основных причин отказа американского Сената ратифицировать Версальский мир. Для прикрытия своего проникновения в Китай и вытеснения оттуда других конкурентов Япония использовала доктрину Монро, давая ей японское истолкование: Азия для азиатов, т. е. для японцев.


За период войны 1914–1918 гг. выросла и японская промышленность. Япония не только вытесняла англо-американских конкурентов с китайского рынка, но и проникала уже на латиноамериканские рынки. Японские товары появились в Мексике, на самом пороге США; соперник начинал угрожать господству доллара в его собственном доме.


Но на стороне Японии стояла Англия, связанная с ней старым договором о союзе, продлённым в 1911 г. ещё на 10 лет. Срок англо-японского союза истекал в 1921 г. Перед американской дипломатией встала задача добиться расторжения союзного договора Японии с Англией.

 


Затруднения Англии на Дальнем Востоке. 

 

Англия обладает на Тихом океане весьма важными экономическими и стратегическими позициями. Здесь находится целый ряд ее доминионов и владений — Австралия, Новая Зеландия, Британская Малайя и т. д. Среди них имеются такие опорные пункты, как Гонконг, справедливо называемый британскими воротами в Китай, или Сингапур, запирающий подступы к Индии и в Индийский океан.


Кроме того, Англия заинтересована в Голландской Индии с её богатейшими ресурсами. Здесь Англия владеет огромными плантациями каучука. Нефть Голландской Индии также находится в руках англо-голландского нефтяного треста. Больше трети всего экспорта из Голландской Индии шло в Англию.


О значении, которое приобрели для Англии тихоокеанские интересы, достаточно ясно высказался представитель Южно-Африканского союза Смэтс на имперской конференции в 1921 г.


«Мы до сих пор склонны были рассматривать положение в Европе как проблему первостепенной важности, — заявил Смэтс. — Сейчас это уже не так… Несомненно, что действие перенеслось из Европы на Дальний Восток и Тихий океан. Тихоокеанские вопросы являются, по моему мнению, основными международными проблемами на ближайшие 50 лет или больше».


На Дальнем Востоке в роли конкурента Англии выступали не одни США. Многолетний союзник, в значительной степени обязанный Англии своим возвышением, превращался в серьёзного соперника: японская разновидность доктрины Монро была направлена и против Америки и против Англии. Английские промышленники всё с большим раздражением наблюдали проникновение Японии не только в Северный Китай, но и в сферу собственного влияния Англии — в долину Ян-Цзы и даже Южный Китай.


В самой Британской империи уже раздавались голоса против продления англо-японского союза. Особенно настойчиво высказывались в этом смысле в таких доминионах, как Канада, а также в Австралии и Новой Зеландии. Противники союза указывали на опасность усиления конкуренции Японии; с другой стороны, они предостерегали, что англо-японский союз может привести к вооружённому столкновению между Японией и Америкой, в котором Англия окажется прикованной к Японии. На имперской конференции в июле 1921 г. представитель Канады настолько решительно высказывался за расторжение англо-японского союза, что Ллойд Джордж иронически заметил: «Вы выступаете скорее как гражданин Соединённых штатов, нежели как гражданин Великобритании».

 

Созыв Вашингтонской конференции. 

 

Разногласиями в Британской империи пользовалась американская дипломатия. Сенатор Бора предложил созвать в Вашингтоне конференцию для обсуждения вопросов об ограничении морских вооружений и для решения тихоокеанской и дальневосточной проблемы. 10 июля 1921 г. государственный секретарь США Юз выступил с публичным заявлением о предстоящем созыве конференции. На конференцию предполагалось пригласить США, Англию, Японию, Францию, Италию, Бельгию, Голландию, Португалию и Китай. Германия, у которой по Версальскому договору отняты были её владения на Тихом океане, приглашена не была. Советское правительство также не получило приглашения в Вашингтон. Правительство Советской России в ноте от 19 июля 1921 г. на имя правительств Великобритании, Франции, США, Японии, Китая заявило официальный протест против исключения его из конференции и против намерения её участников выносить без ведома России решения, касающиеся проблем Тихого океана.


«Российское правительство, — гласила нота Наркоминдела, — протестует против исключения его из конференции, которая непосредственно его касается, равно как и против всякого намерения какой бы то ни было державы принимать решения, касающиеся Тихого океана, без ведома России.


Российское правительство торжественно заявляет, что оно не признает никакого решения, принятого упомянутой конференцией, поскольку это совещание состоится без его участия».


Наркоминдел протестовал против неприглашения на конференцию и Дальневосточной республики (ДВР), организованной в качестве буфера между РСФСР и Японией ещё в апреле 1920 г., когда Красная Армия, занятая войной с бело-поляками, не могла непосредственно вести военные действия против японских империалистов.


В ответ на эти протесты американское консульство во Владивостоке опубликовало сообщение государственного департамента США от 16 сентября. Этот документ гласил, что ввиду отсутствия единого русского правительства защита интересов России переходит ко всей конференции. «Конференцией, — так гласило сообщение, — будут приняты решения, которые не нарушат прав России. На конференции будут установлены общие принципы международных действий, которые заслужат и встретят поддержку народов Восточной Сибири и всей России вследствие их справедливости и целесообразности и которые имеют целью урегулирование существующих ныне затруднений».


2 ноября 1921 г. Наркоминдел повторил свой протест против неприглашения Советской России на Вашингтонскую конференцию. Что касается попытки держав взять на себя роль опекунов России, то Наркоминдел категорически и резко заявил, что советское правительство не позволит насиловать его волю и обращаться с ним, как с безгласным объектом. Поэтому советское правительство не может признать будущих решений Вашингтонской конференции. При таких условиях они неизбежно станут «источником новых конфликтов, новых замешательств и новых потрясений».


Когда стало известно о предложении Юза созвать конференцию держав в Вашингтоне, Япония попыталась не допустить обсуждения проблем, затрагивавших её интересы. Она опасалась повторения того, что случилось в 1895 г.: как известно, тогда мощные капиталистические державы лишили её большей доли плодов победы над Китаем. Японская печать рассматривала Вашингтонскую конференцию как попытку привлечь Японию к суду англо-американского трибунала. Но из Америки недвусмысленно дали понять, что конференция будет созвана при всяких условиях. Тогда Япония предложила пересмотреть повестку Вашингтонской конференции, исключив из неё наиболее острые вопросы.


Английское Министерство иностранных дел в свою очередь настаивало на отсрочке конференции по крайней мере до весны 1922 г. Оно мотивировало это необходимостью посоветоваться с доминионами. Америка возражала: она требовала возможно скорейшего созыва конференции.


11 августа 1921 г. США послали державам официальное приглашение на конференцию. Созыв её был назначен на 11 ноября того же года, день третьей годовщины перемирия в Компьенском лесу.


Американская пресса сообщала, что на конференции будет рассматриваться между прочим и вопрос о японской интервенции в Сибири.

 

Дайренская конференция. 

 

Америка с особой подозрительностью следила за действиями Японии в Восточной Сибири. В начале апреля 1920 г. предполагалась эвакуация оттуда всех иностранных войск. Но Япония решила иначе. Едва корабли, увозившие американский десант из Владивостока, скрылись за горизонтом, как в ночь на 5 апреля Япония неожиданно напала на русские гарнизоны в Приморье и снова оккупировала этот край. США не раз протестовали против закрепления Японии в Восточной Сибири. 9 февраля 1921 г. американский консул во Владивостоке опубликовал декларацию правительства США с протестом против нарушения территориальной неприкосновенности России. 31 мая 1921 г. Америка снова направила ноту Японии, категорически предупреждая, что не признает никаких притязаний и прав, являющихся следствием японской оккупации Сибири. В начале июля 1921 г., почти одновременно с сообщением Юза об организации Вашингтонской конференции, в ДВР направилась американская миссия во главе с атташе посольства Соединённых штатов в Токио Эбботом. Скоро и в Чите появился неофициальный дипломатический представитель Америки, член миссии Смит.


Опасаясь открытого обсуждения своих действий в Восточной Сибири на Вашингтонской конференции, Япония решила опередить своих соперников. Поздно ночью японский посол в Пекине, встревоженный приездом Смита в Читу, явился к представителю ДВР, поднял его с постели и предложил немедленно начать переговоры об установлении нормальных взаимоотношений между обеими странами. При этом японский посол поставил условием переговоров сохранение их в абсолютной тайне.

 

26 августа 1921 г. открылись переговоры в японской гавани Дайрене. Делегация ДВР потребовала немедленной эвакуации японских войск и безусловного участия представителей РСФСР в переговорах. Японцы предлагали не связывать эвакуации оккупационных войск с переговорами; отклонили они и участие в них представителей советского правительства. Начались длительные дипломатические пререкания. 6 сентября делегация ДВР представила японцам конкретный проект соглашения. В нём японцам предлагалось в течение месяца эвакуировать их войска из Сибири; при этом давалось согласие предоставить Японии концессии и экономические льготы. Японцы ответили, что произведут эвакуацию лишь после ликвидации «николаевского вопроса» и притом в срок, какой сами найдут нужным.


Инцидент в Николаевске-на-Амуре, который в продолжение нескольких лет служил для Японии официальным оправданием интервенции, сводился к следующему. 28 февраля 1920 г. между красным повстанческим отрядом под командованием анархиста Тряпицына, окружившим Николаевск-на-Амуре, и командованием японской части, занимавшей этот город, был заключён договор. Согласно этому договору белогвардейцы в Николаевске подлежали разоружению, а оружие их — сдаче Красной Армии; японские экспедиционные войска обязывались передать все караулы Красной Армии и занять помещения, указанные командованием повстанческого отряда. Последний пункт договора гласил:

«Настоящий договор о мире и дружбе японцев и русских в Николаевске подписывается военными делегатами в трёх экземплярах, и таковой входит в силу 29 февраля 1920 г., являясь обязательным к точному выполнению обеими сторонами впредь до возможных переговоров между центральными правительствами России и Японии». Договор подписали от имени японского командования поручики Цукамота и Кавомото.


11 марта, в 2 часа ночи, население города Николаевска было встревожено внезапной стрельбой. Японцы неожиданно напали на помещение, где находилась батарея повстанцев, и подожгли его. Пожар быстро распространился по городу. Одновременно японцы налетели на штаб повстанческого отряда, подожгли его и открыли пулемётный огонь по тем, кто пытался выбежать из пламени. Но повстанцы, разбросанные по всему городу, скоро оправились и стали окружать японские части. Часть японцев заперлась в консульстве. Бой продолжался два дня. Все мелкие отряды японцев были перебиты. На третий день повстанцы, получив орудие, открыли огонь по консульству. В огне погибли все засевшие в доме японцы. С подходом вспомогательных японских войск Тряпицын отступил.


Воспользовавшись этим инцидентом, японское правительство объявило, что занимает Северный Сахалин в виде компенсации за «николаевские события».


Дальневосточная делегация в Дайрене отказалась принять японские поправки. Тогда японцы предложили двухнедельный перерыв в переговорах.


В октябре 1921 г. японская делегация предъявила представителям Дальневосточной республики свой проект договора (17 требований и три секретных пункта к ним), принятие которого означало бы полное экономическое и политическое закабаление Дальневосточной республики японским империализмом, Япония требовала срыть, а в необходимых случаях взорвать все крепости и укрепления по всему морскому побережью в районе Владивостока и на границе с Кореей; никогда впредь не держать в водах Тихого океана военного флота и уничтожить существующий; разрешить японским подданным полную свободу торговли и занятия ремёслами, приравняв японцев в этом отношении к гражданам Дальневосточной республики; предоставить Японии свободу плавания по Амуру и ряд других экономических преимуществ; не допускать на «вечные времена» установления в республике «коммунистического режима». Статья 15 требовала передачи Японии на 80 лет в аренду всего Северного Сахалина «как компенсации за понесённые японскими подданными убытки во время николаевских событий».


В секретных пунктах было указано, что японское правительство эвакуирует свои войска из Приморской области по собственному усмотрению и в срок, который найдёт для себя удобным.


Делегаты Дальневосточной республики категорически отвергли эти неслыханные требования. Однако, не желая дать японцам повод заявить в Вашингтоне, что отношения их с Дальневосточной республикой не удаётся урегулировать по её собственной вине, они продолжали вести переговоры. Когда открылась Вашингтонская конференция, Дайренская конференция ещё продолжалась. Своё дипломатическое вымогательство в Дайрене Япония подкрепила новой попыткой интервенции. Снабдив оружием белогвардейцев, она в конце октября 1921 г. бросила их против Народно-революционной армии.

 

Противоречия на Вашингтонской конференции. 

 

12 ноября 1921 г. торжественно открылась Вашингтонская конференция. Со времени гаагских мирных конференций 1899 и 1907 гг. впервые ставился ею официально вопрос об «ограничении вооружений». Очевидно, организаторы конференции намерены были использовать в своих целях пацифистские настроения, широко распространившиеся после войны. Вашингтонская конференция сопровождалась нарочитой шумихой. Заседания её были объявлены публичными. Выступления делегатов немедленно опубликовывались в газетах; мировая пресса возвещала, что нет больше тайной дипломатии и что весь мир с упованием взирает на конференцию, призванную освободить народы от тяжкого бремени вооружений.


Конференцию открыл президент Гардинг. «Переговоры будут словами народов, уставших от войны, — заявил он. — Мы ни в ком не подозреваем врага. Ничьё самолюбие не должно быть унижено, никакая национальность не должна быть подавлена, мы надеемся установить лучший порядок, который вернёт спокойствие миру».


Представительство США на конференции было поручено делегации, возглавляемой государственным секретарём Юзом. Он же был избран и председателем конференции.


Английская делегация возглавлялась Бальфуром, доминионы и Индия имели самостоятельное представительство; поэтому и считалось, что на конференции присутствует 14 держав. Южно-Африканский союз в качестве своего уполномоченного выдвинул того же Бальфура, который, таким образом, на всех документах подписывался дважды.


Во главе французской делегации находился премьер-министр Бриан. На первом же заседании конференции с ним произошёл неприятный инцидент. Для него почему-то не оказалось места за центральным столом; все места были заняты американцами и англичанами. Бриану пришлось сесть в стороне. Только в конце заседания английский посол был пересажен подальше, чтобы уступить место Бриану. Французские делегаты были потрясены. В небрежности, проявленной по отношению к Бриану, они видели сознательное умаление престижа Франции и попытку её изолировать.


Первым оратором выступил Юз. От имени американского правительства он внёс предложения: прекратить постройку сверхмощных военных кораблей; исключить из строя определённое число старых судов; принять во внимание существующую силу военного флота держав, представленных на конференции, и установить определённый тоннаж для их линейных судов. Юз предложил в течение 10 лет после подписания соглашения не строить вовсе линейных кораблей, по истечении же этого срока строить линейные суда только для замены выбывающих; установить общий тоннаж крупного флота в 500 тысяч для Англии, столько же — для Америки и 300 тысяч — для Японии. Новые линейные корабли не будут превышать 35 тысяч тонн каждый.


Тоннаж лёгких судов устанавливался для Англии и Америки по 450 тысяч, а для Японии — 270 тысяч. Наконец, тоннаж подводных лодок определялся для Америки и Англии по 90 тысяч и для Японии — в 40 тысяч. Что касается морских вооружений Италии и Франции, то Юз предложил отложить обсуждение этого вопроса, ибо минувшая война внесла в положение обеих стран некоторые изменения.


Основные мотивы американского предложения были достаточно ясны. Америка была заинтересована в том, чтобы временно приостановить строительство своего флота; для него она не имела ещё ни необходимых кадров, ни потребных баз. Кроме того, Америка потому добивалась сокращения количества судов большого водоизмещения, что крупного размера суда не могут проходить через Панамский канал.


По предложению Юза, Англия должна была в течение трёх месяцев по подписании соглашения прекратить постройку линейных кораблей, исключить из строя 19 и оставить 22; Америка — прекратить постройку, исключить из строя 30 кораблей и оставить 18; Япония — отказаться от постройки 8 кораблей, уничтожить 7 новых линкоров, 10 старых судов и свести число крупных кораблей к 10.


Выступление Юза произвело сенсацию. По рассказу одного из свидетелей, когда Юз говорил, что Англия должна прекратить работы по постройке кораблей типа «Король Георг V», английский адмирал Битти вышел из себя. «Лорд Битти, — писал автор книги о конференции, — подался вперёд в своём кресле, напоминая бульдога, дремавшего на солнце у порога и получившего пинок ногой от дерзкого прохожего… То был исторический момент заседания».


О предложениях Юза толков и споров было без конца. Во всяком случае они вызвали переполох. Три крупнейшие морские державы должны были уничтожить около 2 миллионов тонн судов, построенных или ещё строящихся. Делегаты делились друг с другом своей тревогой. За обедом, данным президентом Гардингом в честь делегатов конференции, кто-то из английских гостей шепнул японскому участнику банкета: «В конце концов мы с вами являемся островными империями; поэтому у нас имеется общая точка зрения на морские вопросы».


На следующем заседании, 15 ноября, предполагалось выступление английского и японского делегатов. Все находились в состоянии напряжённого ожидания. В ночь накануне заседания Юз и Бальфур имели небольшое совещание. На заседании конференции Бальфур заявил, что Англия согласна в принципе с предложениями Юза. В заключение Бальфур огласил телеграмму Ллойд Джорджа, в которой было много комплиментов по адресу Юза.


Нетрудно было понять, почему английское правительство решило поддержать американский проект. За время мировой войны Великобритания построила огромный военный флот, который требовал от государства непомерных расходов. При задолженности Великобритании сокращение как личного, так и судового состава флота представлялось для неё только желательным. Кроме того, Англия стремилась к тому, чтобы в составе её флота были лишь наиболее технически усовершенствованные боевые суда. Таким образом, британское правительство отстаивало на конференции качество своего военно-морского флота за счёт сокращения количества.


В частности английская делегация высказывалась за усиление крейсерского флота ввиду необходимости охраны морских путей Британской империи.


Вслед за Бальфуром выступил японский представитель барон Като. Он также заявил, что Япония принимает в принципе предложение о сокращении морских сил. Представитель Франции Бриан согласился с предложением Юза, но добавил, что Францию особенно интересует вопрос об ограничении вооружения сухопутных армий.


Казалось, между державами, явившимися на Вашингтонскую конференцию, существует единодушие. Но декларации официальных делегатов оказались лишь данью дипломатическому приличию. Как только от принципов перешли к конкретному обсуждению вопроса, вскрылись острые разногласия между державами. Японская делегация вместо пропорции тоннажа крупного флота для США, Англии и Японии 5:5:3 предложила 10: 10: 7. Американцы угрожали, что если Япония будет упорствовать, то они начнут строить по четыре корабля на каждый японский корабль. Тогда японцы изъявили согласие принять американскую пропорцию, при условии, что на Тихом океане Америка не будет строить военно-морских баз. Юз энергично возразил, что не может дать никаких гарантий на будущее в отношении укреплений Гавайских островов. Начались длительные переговоры. Вопреки торжественному заявлению о публичности заседаний дела решались главным образом на закрытых совещаниях четырёх держав — США, Англии, Франции и Японии. Франция настаивала для себя на праве построить 10 новых броненосцев тоннажем в 35 тысяч каждый. Италия потребовала для себя такого же тоннажа, как и Франция. Юз предложил для Франции тоннаж в 175 тысяч. После упорной борьбы французская делегация заявила, что, не желая привести конференцию к срыву, принимает предложение Америки. В результате длительного обсуждения первоначальный проект Юза был принят в следующем виде:


США ……….525 тысяч тонн

Англия ……….525 тысяч тонн

Япония ……….315 тысяч тонн


Обсуждение вопроса на этом не кончилось. Оно продолжалось как на заседаниях комиссии, так и на секретных совещаниях.


Поспешность, с которой Англия согласилась на предложение Юза, объяснялась кроме указанных уже мотивов опасением англичан, как бы Америка не сговорилась с Францией. Но принятие предложения Юза ослабляло позиции самой Англии. Великобритания вынуждена была признать равенство своих морских сил с флотом США; флот её сокращался, в то время как Франция сохраняла свою огромную сухопутную армию. Поэтому Англия заявила, что приступит к морскому разоружению лишь при условии сокращения Францией её сухопутных вооружённых сил. Этим маневром английская дипломатия искусно сталкивала США и Францию. Америка не хотела бы ограничивать сухопутные вооружения Франции, чтобы не допустить чрезмерного усиления английского влияния в Европе и держать в узде побеждённую Германию. Но вопрос о сокращении сухопутных армий интересовал Америку в другом международном плане: США стремились к ослаблению вооружённых сил Японии.


Франция выступила с резким протестом против предложения Англии. «Для французов это является жестокой и незаслуженной обидой… — патетически восклицал Бриан. — Если есть страна, искренне желающая мира, то это Франция».


Отказываясь сокращать армию, Бриан подчёркивал на заседании 21 ноября, что она нужна для спасения Польши и всей Западной Европы от большевиков; Красная Армия насчитывает 1510 тысяч человек, из которых 600 тысяч полностью вооружены и обмундированы; она готова возобновить наступление против Европы. Бриан доказывал, что и Германия может в любой момент восстановить свою армию в 7 миллионов человек.


Вслед за Брианом против сокращения японской армии выступил адмирал Като. Он требовал для Японии армии такой численности, которая соответствовала бы серьёзному положению на Дальнем Востоке. Представитель Бельгии также высказался против сокращения армии. Наконец, Италия потребовала оставить ей 200 тысяч солдат. Её делегат ссылался на то, что после войны появились новые государства, другие же настолько увеличились в размере, что необходимы меры предосторожности со стороны Италии.


Отвечая Бриану, Юз сказал, что Америка никогда не забудет жертв, принесённых Францией во время войны, и считается с затруднениями, переживаемыми Францией. Тогда Бриан решил пойти на смелый дипломатический маневр. Он заявил, что согласен на сокращение французской армии, при условии, если союзники обеспечат выполнение Германией своих обязательств. Другими словами, Бриан потребовал от англичан и американцев гарантировать Версальский мир.


Ни Америка, ни Англия не захотели принять это условие. Разногласия по вопросу о сокращении сухопутных армий приняли весьма острый характер. Лорд Керзон выступил в Лондоне с резкой речью, прямо направленной против Франции. Он заявил, что Англия не может приносить жертвы в то время, когда другие страны создают новые средства для нападения. Глава английского Министерства иностранных дел подчёркивал, что разоружение на море неосуществимо до тех пор, пока другие государства будут усиливать своё вооружение на суше.

Вопрос о сокращении сухопутных вооружений был передан в особую комиссию. Но и здесь делегациям не удалось прийти к какому-либо соглашению.


Всё же 13 декабря 1921 г. был подписан первый договор на Вашингтонской конференции. То был так называемый трактат четырёх держав — США, Англии, Франции и Японии. Договаривающиеся стороны соглашались уважать права каждого из поименованных государств на островные владения и островные территории в районе Тихого океана. Возникающие споры, при невозможности урегулировать их дипломатическим путём, стороны обязывались разрешать на общих конференциях. Если бы островным владениям какой-либо из четырёх держав грозила опасность со стороны другой державы, то все государства, подписавшие договор, обязывались войти «во взаимный, полный и откровенный обмен мнений, для того чтобы достигнуть соглашения». Договор заключался на 10 лет. Статья 4 его знаменовала победу американской дипломатии; она гласила, что после ратификации договора теряет силу англо-японский союзный договор, возобновлённый в 1911 г. Правда, английские дипломаты подчёркивали, что договор был не аннулирован, а лишь заменён соглашением четырёх держав, — двусторонний пакт уступил место пакту четырёх держав. Однако японский делегат точнее определил истинный смысл статьи 4. «Во всяком случае, — заявил он английскому представителю на Вашингтонской конференции, — вы устроили союзу (англо-японскому) блестящие похороны».


K трактату четырёх держав от 13 декабря 1921 г. была приложена особая декларация. В ней указывалось, что трактат будет применяться «к островам Тихого океана, находящимся в состоянии мандата». При этом подчёркивалось, что подписание трактата не означает согласия США на мандаты и «не исключает необходимости заключения соглашений между США и державами-мандатариями по принадлежности об островах, находящихся в состоянии мандата», 6 февраля 1922 г. был подписан дополнительный договор, разъяснявший один из пунктов трактата четырёх. Он гласил, что «понятие «островные владения и островные территории», употребляемое в названном трактате, включает, что касается Японии, лишь Карафуто (т. е. южную часть острова Сахалина), Формозу, Пескадоры и острова, на которые Япония получила мандат».


Все эти дополнительные соглашения свидетельствовали о том, насколько упорна была дипломатическая борьба между США и Японией из-за позиций на Тихом океане.


4 февраля 1922 г. Англия, США, Франция и Япония сделали нидерландскому правительству, а 6 февраля правительству Португалии «тождественное сообщение». В нём указывалось, что, хотя оба правительства и не подписали Тихоокеанского трактата, четыре державы обязуются уважать права Нидерландов и Португалии, связанные с их островными владениями в бассейне Тихого океана.

 

Делегация Дальневосточной республики в Вашингтоне. 

 

Внезапно непредвиденное обстоятельство нарушило дипломатическое священнодейст-вие четырёх держав: в Вашингтон прибыла специальная делегация ДВР, хотя она и не была официально приглашена на конференцию. Немедленно по своём прибытии делегация Дальневосточной республики опубликовала меморандум. В нём сообщалось, что целью делегации является установление дипломатических и торговых взаимоотношений с Америкой и защита своего права выступить на Вашингтонской конференции, чтобы добиться эвакуации японских войск.


США весьма непрочь были бы использовать Дальневосточную республику против Японии. Однако, с другой стороны, американские дипломаты не хотели ставить ДВР в равное положение с другими державами и допустить её на конференцию. 22 декабря делегация ДВР была принята Юзом. Делегаты заявили ему, что державы вместе с Японией занимаются на конференции проблемой сокращения вооружений, между тем на Дальнем Востоке по вине японцев льётся кровь. Делегация потребовала для себя участия в конференции. Юз пообещал оказать помощь в решении сибирского вопроса, но допустить делегацию на конференцию он отказался. Особенно резко выступили против допущения дальневосточной делегации японцы и французы. Японцы спешно организовали во Владивостоке группу белогвардейцев и направили её в Вашингтон в противовес делегации ДВР.


В ответ на японский маневр дальневосточная делегация опубликовала в начале января 1922 г. целый ряд сенсационных документов. Среди этих материалов имелось донесение о секретном соглашении между Японией и Францией касательно создания на Дальнем Востоке государства, целиком подчинённого Японии. Была опубликована и французская нота Японии от 2 сентября 1921 г.; ею подтверждалось существование тайного соглашения между Японией и Францией относительно Вашингтонской конференции и наличие дипломатического блока, направленного против Америки. Был, наконец, предан гласности договор, подписанный 12 марта 1921 г. представителями Японии, Франции и белогвардейцев. Оказывалось, что Франция и Япония обязались перебросить из Европы на Дальний Восток армию Врангеля, снабдить её оружием и помочь ей свергнуть правительство ДВР. Япония в качестве компенсации должна была получить полное господство на Дальнем Востоке; она могла подчинить себе белую армию и расположить в нужных ей местах свои гарнизоны.


Разоблачения, опубликованные делегацией ДВР, вызвали величайший переполох. Крупнейшие газеты Америки перепечатывали эти документы. В Америке настаивали на расследовании приведённых фактов. Япония и Франция были смущены. Бриан к этому времени уже уехал с конференции; его замещал Альберт Сарро. Последний обратился с письмом к Гардингу, где рассказал, как произошла интервенция на Дальнем Востоке. При этом Сарро не без ядовитости напомнил, что интервенция была предпринята при участии самих США. «С тех пор как союзные правительства при сотрудничестве Соединённых штатов, — писал Сарро, — начали проводить в Сибири политику вооружённой интервенции, направленную исключительно против Германии, но отнюдь не имевшую в виду вмешательство во внутренние дела русского народа, Франция не заключала никаких соглашений с каким-либо правительством и не вела никаких переговоров относительно заключения такого соглашения, касающегося настоящего положения или будущего Сибири».


Франция и Япония пытались было доказывать, что опубликованные документы являются подложными. Однако сенатор Бора без колебаний признал их подлинность. Он добавил, что приведённые в них разоблачения «вполне соответствуют обычным приёмам, с помощью коих вообще проделываются такие вещи».


Американская газета «New York World» уверенно заявляла, что в документах Министерства иностранных дел имеется официальный американский доклад, которым подтверждается существование тайного соглашения между Францией и Японией.


Японский представитель Като ограничился лаконическим заявлением, которое явно противоречило общеизвестным фактам.


«Япония в 1918 г. оказывала вместе с другими союзными державами помощь Семёнову против опасности, угрожающей Сибири со стороны немцев и большевиков, — сообщал японский делегат. — По достижении этой цели японское правительство решило совершенно прекратить всякую поддержку Семёнова и соблюдать строгий нейтралитет по отношению к Сибири. С тех пор Япония не оказывала Семёнову никакой помощи».


Приводя это заявление, американская печать признала его удивительным даже для японской дипломатии. В прессе появились новые разоблачительные документы. Замалчивать далее сибирский вопрос представлялось невозможным. 23 января он был поставлен на заседании дальневосточной комиссии конференции. Первым выступил японский делегат Сидехара. Он утверждал, что дайренские переговоры отнюдь не имеют в виду предоставить Японии какие-либо особые преимущества на Дальнем Востоке. Между тем в руках членов комиссии уже была копия знаменитых 17 условий, представленная дальневосточной делегацией. В длинной речи Сидехара распространялся об уважении Японии к территориальной целостности России. Подтвердил он и обязательство Японии эвакуировать свои войска из России. Однако срока для этого японский делегат и на сей раз не указал.


В тот же день дальневосточная делегация опубликовала ответную декларацию, разоблачавшую ложность заявлений Сидехара. Делегация привела 11 случаев за один только 1921 г., когда Япония давала такие обещания и их не выполнила.


На следующий день, 24 января, в дальневосточной комиссии выступил Юз. Приведя данные из истории интервенции в Сибири, он огласил ноту США от 31 мая 1921 г., адресованную Японии. Юз подчеркнул, что он и теперь полностью поддерживает её положения. После выступления французского делегата дальневосточная комиссия решила внести в протокол декларации Японии и США и огласить их на пленуме конференции.


Обсуждение сибирского вопроса на этом кончилось. Но дальневосточная делегация своими документами разоблачила интриги империалистических держав на Дальнем Востоке. Тем самым она содействовала ещё большему обострению борьбы, которая велась менаду этими странами.

 

Дискуссия о подводных лодках. 

 

Дальнейшая работа конференции лишь углубила противоречия между Англией и Францией. Уступив Америке в вопросе о соотношении тоннажа крупных кораблей и отказавшись от принципа своего абсолютного господства на морях, Англия хотела компенсировать себя сокращением строительства подводного флота. В нём она видела главную угрозу своим могучим надводным кораблям, в особенности со стороны Франции. По проекту Юза о подводных лодках на долю Соединённых штатов предоставлялось 90 тысяч, Англии — 90 тысяч, Японии — 40 тысяч тонн, В Америке велась кампания за полное изъятие подводных лодок из флота и запрещение их постройки. При этом многие вспоминали о потоплении «Лузитании».


Дискуссия о подводных лодках продолжалась более недели. Англия заявила, что принимает предложение Юза. Но Франция категорически высказалась не только против, уничтожения подводных лодок, но и против сокращения их тоннажа. Ев делегация настаивала на предоставлении Франции также 90 тысяч тонн. «Французское правительство, — заявил Сарро, — не может согласиться ни с планом уничтожения подводного флота, ни с общим сокращением тоннажа подводных лодок… ни 0 ограничением тоннажа отдельной подводной лодки, ибо для Франции подводные лодки являются оружием, которое может обеспечить безопасность её территории. В крайнем случае, — говорил Сарро, — французская делегация может лишь пойти на то, чтобы пользоваться подводными лодками в ограниченном числе».


Итальянцы и японцы выступали менее резко, чем Сарро, но в общем и они высказались в том же смысле. На конференции произошла характерная стычка между Англией и Францией, «Опыт мировой войны, — говорил Бальфур, — подчеркнул колоссальную угрозу подводного флота для Англии. Англия могла бороться с германским подводным флотом лишь благодаря отсутствию у Германии достаточного числа баз; к тому же район действия подводных лодок был в то время менее велик, чем теперь. Франция, имеющая базы повсюду, может представить, обладая большим подводным флотом, во много раз большую опасность для Англии, чем Германия».


Ответ главы французской делегации был проникнут ядовитым сарказмом:

«Англия хотела бы упразднить подводные лодки, на это мы не согласны. Но если Англия пожелает упразднить линейные корабли, то мы немедленно же согласимся и на упразднение подводного флота… Англия не намерена никогда использовать свои линейные корабли против Франции. Она держит их, по всей вероятности, для ловли сардинок. Пусть же она разрешит и бедной Франции строить подводные лодки… для ботанического исследования морского дна».


Юз принял сторону Англии. Он иронически напомнил, что происходит конференция по сокращению вооружений. Между тем Франция требует себе максимального тоннажа подводных лодок. Юз предложил установить для Франции лимит в 60 тысяч.

Французы ответили, что запросят по телеграфу своё правительство. На следующий день конференция заслушала сообщение Сарро, который заявил, что Франция не может согласиться на лимит ниже 90 тысяч тонн. Было очевидно, что по этому вопросу участники конференции не могут договориться между собой.


6 февраля 1922 г. между США, Британской империей, Японией, Францией и Италией был подписан трактат «об ограничении морских вооружений». Согласно этому договору для поименованных выше стран установлено было соответственно следующее соотношение размеров линейного флота — 5:5:3: 1,75: 1,75.


При обсуждении трактата Япония потребовала сохранить достраивающийся линкор «Mutsy» взамен устаревшего «Settsy». После долгой борьбы Япония добилась согласия на то, чтобы японский флот получил два линкора так называемого послеютландского типа. Само собой разумеется, что и другие державы не пожелали отстать от Японии. США также получили право построить два линкора современного типа, сдав за это на слом два устаревших корабля. Таким образом, в американском флоте должно было насчитываться пять кораблей послеютландского типа. Англия имела всего один корабль такого типа. Поэтому она и добивалась права постройки двух новых линейных кораблей, соглашаясь сдать на слом четыре более устарелых судна.


После всех этих дополнений Англия должна была иметь 20 линейных кораблей общим тоннажем в 558 950, США — 18 кораблей в 525 850, Япония — 10 кораблей в 301 320, Франция — 10 кораблей в 221 170, Италия — 10 кораблей в 182800 тонн.


Державы, подписавшие соглашение, обязались не приобретать и не строить линкоров водоизмещением больше 35 тысяч тонн. Ни один линкор не должен был обладать орудиями калибра свыше 16 дюймов. Общий тоннаж линейных судов, могущий подлежать замене, не должен был превышать: для США и Британской империи — 525 тысяч тонн, для Японии — 315 тысяч и по 175 тысяч тонн для Франции и для Италии. Америка, таким образом, добилась отступления Англии от основного принципа британского морского могущества — иметь флот, равный соединённому флоту двух самых сильных в мире морских держав.


Трактат установил общий тоннаж авиаматок для каждой из договаривающихся держав: для США — 135 тысяч, для Британской империи — 135 тысяч, для Японии — 81 тысячу, для Франции и Италии — по 60 тысяч. Ни одна держава не должна была приобретать или строить авиаматки свыше 27 тысяч тонн водоизмещением. Впрочем, договаривающиеся стороны могли строить не больше чем две авиаматки, не свыше 33 тысяч тонн водоизмещением каждая, при условии, что общий тоннаж их авиаматок не будет превышать общей нормы. Ни одна авиаматка не должна была обладать орудиями калибра свыше 8 дюймов. Трактат запрещал постройку лёгких крейсеров свыше 10 тысяч тонн водоизмещением и снабжение их орудиями калибра более чем 8 дюймов.


Особо был выделен на Вашингтонской конференции вопрос об укреплениях и морских базах. Вашингтонский трактат установил в этом вопросе status quo, — это означало запрещение создавать новые морские базы и отказ от усиления береговой обороны и от увеличения военно-морских средств по ремонту и по поддержанию военно-морских сил на Тихом океане. Из этого общего постановления исключались островные владения у побережья США, у Аляски, кроме Алеутских островов, островные владения в зоне Панамского канала и Гавайские острова. Для Британской империи исключение было сделано в отношении островных владений, прилегающих к побережью Канады, Австралии, Новой Зеландии, и для всех островов к западу от меридиана 110° восточной долготы. Сингапур, таким образом, попадал в число пунктов, где не запрещалось возводить укрепления.


Что касается Японии, то status quo к моменту подписания трактата распространялось на следующие её островные территории и владения в Тихом океане: Курильские острова, острова Бонин, Амами — Ошима, острова Лушу, Формоза и Пескадоры, а равно те островные территории и владения в Тихом океане, которые Япония приобретёт в будущем.


Соглашение о status quo предоставляло США возможность укреплять территории, защищающие непосредственные подступы к США. Зато Америка была лишена права укреплять Филиппины и остров Гуам. Такое положение было наруку Японии. Это обстоятельство должно было в скором времени усилить противоречия между Америкой и Японией. С другой стороны, Англия сохраняла за собой право укреплять Сингапур, — который является воротами с запада в Тихий океан, — что было направлено против интересов Японии. Это обстоятельство сулило обострение противоречий между Японией и Англией.


Трактат пяти держав должен был оставаться в силе до 31 декабря 1936 г. Если бы ни одна из договаривающихся держав за два года до этого срока не заявила о своём намерении прекратить действия трактата, то он должен был бы остаться в силе ещё на два года, до того дня, когда какая-либо из держав уведомит о прекращении его действия.


В общем постановлении было указано, что любая из подписавшихся держав может приостановить действие трактата на время войны. Если в мирное время какая-либо из этих держав признает, что изменившиеся обстоятельства затрагивают интересы её обороны, то все державы должны собраться на конференцию в целях пересмотра трактата. Эта статья фактически сводила к нулю весь трактат, ибо любая страна, вступившая в войну, получала возможность его нарушить.


Трактат пяти держав подлежал ратификации. Обмен ратификациями состоялся 17 августа 1923 г. в городе Вашингтоне, При этом Франция сделала следующую оговорку: «Французское правительство полагает и всегда полагало, что нормирование общего тоннажа линейных судов и авиаматок, признанного за каждой из договаривающихся держав, не отражает значения морских интересов этих держав и не может быть распространено на другие виды военных судов, кроме тех, о которых специально условлено».


Вашингтонское соглашение «о разоружении» на Тихом океане решало по существу лишь вопрос о перераспределении морских сил. На первый план оно выдвинуло Америку, которая добилась права иметь флот не слабее английского и превосходящий морские силы Японии. Но, с другой стороны, и Англия, отказавшись от своего принципа иметь флот сильнее всех других держав, всё же удерживала за собой мировое преобладание: избавившись от лишних расходов на линейные корабли, она сохраняла свои быстроходные крейсеры и такие же торговые суда, легко превращаемые во время войны в военные корабли. Япония, поступившись численностью флота, добилась status quo в Тихом океане, т. е. уменьшила для себя опасность со стороны США, которым воспрещалось укреплять Филиппины и Гуам. Притом Япония могла вознаградить себя за сделанные уступки количественным увеличением крейсеров и подводного флота.


Таким образом, вашингтонский трактат не устранял противоречий между отдельными странами. Напротив, он создал обстановку, чреватую дальнейшими международными конфликтами.


В тот самый день, когда был подписан трактат, 6 февраля 1922 г., те же пять держав подписали соглашение «для защиты на море во время войны жизни граждан нейтральных и невоюющих стран и для предупреждения использования во время войны вредоносных газов и химических средств».


В этом же документе нашла своё отражение и бесплодная дискуссия о подводных лодках. Новое соглашение устанавливало, что в военное время каждый торговый корабль до захвата его кораблями воюющих сторон должен при встрече с ними получать предупреждение о предстоящем ему осмотре и обыске. Если торговый корабль после предупреждения подчинялся этому требованию и не отказывался направиться туда, куда ему было указано, то нападение на такое торговое судно считалось недопустимым. Правило это объявлялось обязательным и для подводных лодок воюющих государств.


Вся буржуазная пресса пыталась представить приведённое соглашение как запрещение подводным лодкам топить торговые суда. Будущее готовило этим теориям жестокое крушение.


В том же трактате осуждено было употребление удушливых, ядовитых или иных газов и всех аналогичных жидкостей, материалов и составов.


Что касается воздушных сил, то 9 января 1922 г. комитет по ограничению вооружений, созданный на конференции, принял следующую резолюцию: «Комитет держится того мнения, что в настоящее время не является осуществимым наложение каких-либо действительных ограничений на число и технические детали воздушных сил как коммерческих, так и военных».


4 февраля 1922 г. конференция на пленарном заседании приняла резолюцию о создании комиссии из двух членов от каждой державы для изучения законов войны и составления доклада по этому вопросу. Комиссии поручалось ответить:

«а) Покрывают ли удовлетворительным образом существующие правила международного права те новые способы нападения или обороны, которые вытекают из возникновения или развития со времён Гаагской конференции 1907 г. новых способов ведения войны.


б) Если нет, то какие изменения должны быть в связи с этим введены в существующие правила в качестве составной части международного права».


Но в тот же день была принята дополнительная резолюция, которая существенно ограничивала права комиссии: ей не разрешалось пересматривать правила и декларации, относящиеся к подводным лодкам или к употреблению газов. В качестве основания приводилась ссылка на то, что конференция якобы уже обсудила этот вопрос.


Большое внимание уделила Вашингтонская конференция китайскому вопросу. Китай не подписал Версальского договора. Он воздержался от этого потому, что бывшие германские владения на китайской территории не были ему возвращены, а отданы были Японии. На Вашингтонской конференции китайская делегация поставила вопрос о возвращении Китаю его владений. Американская дипломатия поддержала это требование. В конце концов Япония вынуждена была отказаться от Циндао и Шаньдунской провинции и вернуть их Китаю. Однако иностранный контроль над китайскими таможнями остался в полной силе.


6 февраля 1922 г. участники Вашингтонской конференции подписали договор о политике в Китае, Этот договор, известный под названием «трактата девяти держав», обязывал уважать суверенитет, независимость и территориальную и административную неприкосновенность Китая и соблюдать принцип «открытых дверей», т. е. «равенство открывающихся в Китае возможностей для торговли и промышленности всех наций». Признание принципа «открытых дверей» нарушало в интересах США английский и японский принцип «сфер влияния». Америка рассчитывала, что, обладая мощной промышленностью, при сохранении равенства прав с Англией и Японией, она легко утвердит своё господство на китайском рынке.


Торжественная декларация держав о целостности и независимости Китая не содержала, однако, для него никаких гарантий. Напротив, конференция приняла специальную резолюцию о сокращении вооружённых сил и военных расходов Китая. Это предложение прикрывалось лицемерным мотивом, будто бы нужно избавить страну от излишней вооружённой силы, созданной отдельными, непрерывно борющимися между собой губернаторами и поглощающей почти половину всех доходов государства. Никто при этом не упомянул, что за грызущимися милитаристами Китая стоят капиталистические державы, натравливающие своих ставленников друг на друга. На самом деле резолюция стремилась лишить Китай возможности оказывать сопротивление иноземцам.


Не были отменены формально и «21 условие». За три-четыре дня до принятия трактата девяти держав — 2 и 3 февраля — на заседании комиссии по тихоокеанским и дальневосточным вопросам имел место обмен мнений по поводу требования Китая отменить эти условия. Барон Сидехара от имени японской делегации заявил, что «21 условие» были «подписаны и скреплены печатями в законном порядке уполномоченными представителями обоих правительств», что они ратифицированы и сохраняют полную силу. Мало того, Сидехара предупреждал державы, что отмена актов 1915 г., заключающих «21 условие», может послужить примером «для отмены актов, подписанных другими странами». «Очевидно, — многозначительно подчёркивал японский делегат, — что ни один народ не может охотно дать согласие на уступку территориальных или иных важных прав. Если будет признано, что права, торжественно предоставленные в силу трактата, могут в любое время быть взяты обратно, на том основании, что они даны вопреки свободной воле того, кто эти права дал, то был бы создан чрезвычайно опасный прецедент, который мог иметь далеко идущие последствия для устойчивости существующих международных отношений в Азии, в Европе и где бы то ни было…».


Впрочем, опасаясь, что Америка и Англия за неуступчивость Японии постараются компенсировать себя в других вопросах, японская дипломатия сочла тактически целесообразным пойти на некоторые уступки. Сидехара соглашался передать «на общее использование международного финансового консорциума, недавно образованного, права опциона, предоставленные исключительно в пользу японского капитала и касающиеся, во-первых, займов на постройку железных дорог в Южной Манчжурии и в восточной части Внутренней Монголии и, во-вторых, займов, обеспеченных собранными в этих районах податями».

Сидехара обещал далее не настаивать на преимущественных правах Японии назначать своих советников и инструкторов по политическим, финансовым, военным или полицейским делам в Южной Манчжурии. Отказалась Япония и от права требовать в будущем земельных участков для своих школ и госпиталей.


От имени американской делегации Юз с удовлетворением принял отказ Японии от ряда пунктов «21 условия». Он напомнил, что США ещё в 1915 г. категорически протестовали против японских требований. Что касается остальных пунктов «21 условия», то Юз повторил, что Америка попрежнему не будет считать их исключительным правом Японии. Она потребует от Китая и для американских граждан всех преимуществ, вытекающих из соответствующих договоров.


Вашингтонская конференция закончила передел мира, В этом смысле она дополняла Версаль. Но в 1919 г. в Париже английские и французские дипломаты сумели обойти дипломатов Америки. Напротив, в Вашингтоне дипломатия США добилась значительного успеха в дальневосточных вопросах. Англия шла на компромисс в целях борьбы с Японией и Францией; Япония вынуждена была уступить американцам в китайском вопросе и заявить, что уведёт свои войска из Сибири.


Вашингтонская конференция означала, что в мировой политике произошла известная передвижка сил в сторону США.

 

Срыв дайренских переговоров. 

 

Организовав выступления белогвардейских банд против Дальневосточной республики, Япония не объявила о прекращении Дайренской конференции. Японские дипломаты лишь под всяческими предлогами затягивали её работу: они явно выжидали результатов Вашингтонской конференции и, с другой стороны, исхода белогвардейского нападения. 12 февраля, спустя несколько дней по окончании Вашингтонской конференции, Народно-революционная армия нанесла сокрушительный удар белогвардейцам под Волочаевкой. Разбитые отряды контрреволюции в панике отступали в Приморье.


Японская дипломатия поспешила предложить возобновление переговоров в Дайрене. Этого требовали и официальные её заявления на Вашингтонской конференции о предстоящем выводе войск из Сибири.


К концу марта был разработан проект соглашения. Японцы отказались от своих 17 требований. Они обязались не организовывать и не поддерживать враждебных действий против Дальневосточной республики. Делегация ДВР со своей стороны для ускорения переговоров согласилась на ряд уступок: предоставление японским подданным прав арендовать земли на определённый срок, заниматься промышленностью и сельским хозяйством в ДВР и т. п.


Но, достигнув соглашения, японские дипломаты упорно отказывались подписать договор. Спорным оставался всё тот же вопрос об эвакуации. Японская делегация отказывалась установить точный срок полной эвакуации, предлагая вести её по отдельным районам в порядке отдельных соглашений. В то же время в самой Японии развернулась газетная шумиха против «уступчивости Японии в Дайрене». Японская пресса писала, что Франция поддержит её требования; свидетельством этого является визит генерала Жоффра. Военщина настаивала на том, чтобы выждать результатов новой конференции, созыв которой в Генуе был уже объявлен.


15 апреля в Дайрене японская делегация, ссылаясь на инструкцию, полученную из Токио, отказалась от проекта достигнутого соглашения и по существу снова предъявила свои 17 требований. Делегация ДВР категорически отказалась их обсуждать, настаивая на подписании уже выработанного совместно соглашения. Представитель Японии Мацусима в ответ заявил, что прерывает переговоры. 16 апреля 1922 г. конференция была прервана.


Противоречия вашингтонской системы сказались немедленно после её установления: Япония первая нарушила свои обязательства о выводе войск из Сибири.

 

 

Источник:

 

История Дипломатии, Том Третий стр. 123 - 147

Под редакцией В. П. Потемкина

 

В составлении второго тома приняли участие: проф. Минц И. И., проф. Панкратова А. М., акад. Потемкин В. П., акад. Тарле Е. В. и Колчановский Н. П.

 

ОГИЗ

Государственное Издательство Политической Литературы

Москва - 1945 - Ленинград

 

 

при использовании материалов сайта, гиперссылка обязательна

скачать dle 10.1русский торрент трекер